Художник,
Он верил в свой череп.
Верил.
Ему кричали:
«Нелепо!»
Но падали стены,
Череп,
Оказывается был крепок.

Иосиф Бродский

Бугровского обычно обвиняют в чрезмерной любви к эпатажу (имеются в виду его перфомансы, хеппенинги и всё остальное, что призвано будоражить и злить массового зрителя), но, наблюдая за его творчеством на протяжении десятка лет, мне подумалось, что это было бы слишком просто. Вообще, можно обвинять кого угодно и в чём угодно (что проще всего, вообще-то), но тогда почему его работы выставляет у себя Музей Ахматовой и Эрарта в Питере? И зачем их покупают коллекционеры-частники, им-то никому ничего не надо доказывать. Творчество Бугровского, его жизнь и его краски заставили остановиться и прикинуть, что же происходит в этом сегменте искусства.

Его живописные данные позволили бы ему стать классическим живописцем, но Бугровский выбирает другой путь. Может быть, этот другой путь чем-то напоминает искусство Михаила Ларионова (художник-авангардист начала ХХ века), который, пройдя школу мастерства, ушёл в Эксперимент с большой буквы.

Автобиография

— Я родился в одном из главных центров российской металлургии — городе Липецке. Всегда был порисовывающим ребёнком и подростком, впрочем, равно как и готовящим себя к поприщам морского биолога, океанографа, энтомолога, бионика, физика, математика, литератора, продюсера тяжёлого рока и многого другого. На особое место в старших классах стало изучение, а точнее, изыскание хоть каких-то крупиц информации о западном и российском модернизме. Позже, на втором курсе технического ВУЗа, купил коробочку масляных красок и больше с ней не расставался никогда. После армии обошёл и перезанимался во всех художественных студиях и кружках города. В результате подготовился и поступил в 1988 году в Пензенское художественное училище. Обучение не задалось, и после второго курса под давлением преподавательского коллектива покинул училище из-за идейных противоречий. Дальше было только свободное плавание, в том числе работа сторожем в ДХШ, завхозом в Липецком областном выставочном зале, научным сотрудником Липецкого областного художественного музея. Считаю себя наследователем живописных представлений своего старшего товарища и наставника, липецкого художника Виктора Сорокина.

Живопись

Работая над этой статьёй, я задумалась, как лучше описать то, что сейчас чувствую. Зайдя в тупик, просматривала работу за работой художника и составляла в столбик слова, которые приходили мне в голову. Получилось:

брутальность
эстетизм
грубость
свобода
неряшливость
напряжённость
метафизика
фактура
спонтанность

Выглядит довольно противоречиво. Видимо, Сергей Бугровский из тех художников, которого, чтобы понять, надо смотреть сразу много. Его трудно оценить по одной работе, потому что он представляет из себя не производителя штучной продукции, а особого художественного взгляда. И им нужно проникнуться, чтобы понять. Обычно он и творит сериями, которые воспринимаются как единое произведение — проявление одной мысли, мерцающее гранями отдельных работ. Его искусство — не рассказ, а чувство; другой вопрос, созвучно ли оно вам.

Букет в тёмной комнате. 220Х220 см К,м. Фрагмент.

Дисторшн — от английского distortion «искажение», звуковой эффект, который обычно используется на электрогитарах. Любимый приём музыкантов в стиле гранж (например, «Нирвана»). Они выступали в нарочито поношенной одежде и исполняли при этом музыку в том же стиле, не приглаженную, и, возможно, не сильно отрепетированную.

Бугровский не играет со зрителем, он любит эпатаж, но всё же искусство для него выше. Пробуя разные его формы, он исследует мир вокруг, начиная с себя. Что я люблю сегодня? Что хочу сохранить на холсте? Форма, сюжет, жанр не важны, важно ощущение, состояние души, эмоция. В какой момент начинается картина? Чем она измеряется? Длительностью прокраски, формами, прорисовкой? Художник, кажется, каждой работой старается разбить это представление, он рисует резко и спокойно, буйно, утончённо и тут же неряшливо. Писать нужно сразу, а главное, смело! Поэтому каждое действо у него — эксперимент. О чём пишет художник? Описывая фактуру его работ, хочется применить музыкальный термин «гранжевое звучание», которое исходит от чёрной пастозной краски, звучащей дисторшном.

От произведений Бугровского остается ощущение, что любая работа — это не ремесленническое создание продукта, это выброс энергии. От этого становятся неважным, на чём рисовать, чем, стиль, колорит и прочее. В общем-то, не так и важно, в какой манере создано произведение — коллаж, линогравюра, ассамбляж или чистая живопись.

Любимый цвет живописца — грязно-бурый, но он настоящий, вымученный, характерный. Кажется, что цвет у него в руках и он, как скульптор, лепил им картину, фактуру и формы (в прошлом у художника, кстати, были опыты деревянной и каменной скульптуры). То, что он делает — не имитация, а живое звучание, если не рычание. Сегодня художника увлекают современные виды самовыражения, такие как видеоарт, ready-made (то есть выставленные уже готовые вещи в качестве арт-объекта, например, «Писсуар» Марселя Дюшана), перфоманс (вид искусства, при котором ценится именно сам акт, то есть действие в настоящее время, исполняемое художником, например, клоунады дадаистов), найденные объекты и бодипринт (отпечатки на теле). В своей живописи Бугровский по сути не выходит из классических жанров, таких как портрет, натюрморт и ню, однако его трактовку классической не назовёшь. Видно, что его интересует не предмет, а то, что за ним стоит — действие, мысль, чувство.

Интервью

Мы с фотографом посетили художника в его мастерской. Сергей Бугровский оказался открытым и общительным человеком, а его мастерская (одна из) была битком набита картинами, рисунками, артефактами, да всем на свете так, что приходилось переступать через какие-то альбомы, чтобы пройти в другую комнату. В общем, чувствовалась рабочая атмосфера. За чаем с пирожными посмотрели Книгу отзывов в стиле палимпсеста, а художник поделился с нами мыслями обо всём.

Палимпсест — это наслоение текста на текст, например, рукопись, написанная на пергаменте, на которой уже были записи. Обычно выглядит очень декоративно, и это интересно рассматривать.

— Расскажите, с чего всё началось.
— В районе 8-9 класса стал активно порисовывать ручкой под партой. Вернувшись из армии, пошёл в студию Соболева, принёс ему свои рисунки. Он так посмотрел на них и говорит задумчиво: «Ну и говно…» Я разворачиваюсь, и он мне в спину: «Стой. Кажется, ты цветовик. Пошли ко мне домой, я тебе Сорокина покажу».

— В вашем окружении или среди родных были художники?
— Нет, я горе в семье. Помните ту картинку из Интернета…

— Почему именно Пензенское художественное училище?
— Потому что там учились русские авангардисты.

— А почему вы сразу взяли курс на авангард?
— Я воспитывался за гаражами, несмотря на то, что мои родители были состоятельными людьми. Во дворе и в школе сложился маленький антисоветский климат, и свой первый портвейн я выпил «за Россию без большевиков». Потом я стал покупать книжечки типа «Искусство загнивающего Запада» и выписывал оттуда в блокнотик фамилии опубликованных художников как лучших (например, Сутин, Модильяни, Пикассо). Мне было лет четырнадцать.

У меня всегда была примерно такая установка: «Большое количество людей вряд ли может быть правым».

— А почему потом пошли учиться в Политехнический институт?
— Потому что это школа думанья. Кисточка вправо-влево, штришок, — это постигается за полгода. Но в основе этого набора должно быть аналитическое знание.

— Аналитическое знание? Вы приверженец Филонова?
— Нет, я его уважаю, конечно, но он мне не близок. Живопись — это работа со средой, которая работает с формой пространства. А это набор элементов, имеющих между собой взаимосвязь. Множество натуральных чисел — самый простой пример пространства. И художник имеет дело с аналогами этих понятий.

— Расскажите, как в Липецке с таким видом из окна можно заниматься искусством?
— Ну, есть же кубофутуристы в России и Италии! Они занимались именно городским пейзажем. Вот эти новолипецкие трубы (смотрим в окно мастерской), я воспринимаю их как пушки, смотрящие в небо.

— Кто обычно покупает ваши работы?
— Коллекционеры. Липецк, Питер, Москва и так далее.

— У вас есть работы на классических холстах, а есть на разных других материалах. С чем это связано?
— Это простой расчёт. Через тридцать лет половина холста будет в кракелюрах, а половина осыпется, поэтому я ему не доверяю. Холст дышит, а ДВП нет. Но боится воды. А вот пластик вообще ничего не боится. А есть ещё то, из чего делают баннеры, так вот я уверен, что с них ничего не осыплется вообще никогда.

— У вас есть проект 25 с Ольгой Буевой. Он остановлен или будет продолжение?
— У меня все проекты долгосрочные. Более того, я не останавливаю ни один из них. Они могут на время замирать, но не умирать. Искусство в моём понимании является гипертекстом, который может передавать информацию невербализовано.

— Ваши любимые жанры — ню и натюрморт?
— Наверное, да. Нагота — точка оттолкновения. Пластически это самая совершенная форма. Поэтому и предметы на натюрмортах даны намёком — они не ощущаемы тактильно, они — идея. Однажды мне звонит знакомый художник Юра и рассказывает, что он нарисовал картину, на которой изображено — и приводит целый рассказ. Я говорю, что сейчас приду посмотрю. Он удивляется: «Зачем? Я ж тебе уже всё рассказал!» С моими картинами всё не так. Надо идти и смотреть. По-моему, высшим достижением человека являются метаязыки — наука, искусство, парфюмерия. Если это ощущаешь, то говори об этом. Мои проекты — это мои сообщения миру. Поэтому можно сказать, что я лингвист.

Бутылки и вазы. 2015

Body print

В последние годы на персональных выставках художник чаще всего показывает работы, выполненные в стиле боди-принт. То есть большие листы с оттисками тела натурщика. По сути это тоже перфоманс, который нарушает табу обнажённого тела. В этом чувствуется желание не просто изобразить прекрасную обнажённую натуру, а рисовать прямо на ней. Это такая реализация естественного художественного инстинкта, желания работающего с моделью живописца нанести краску на самую идеальную из существующих поверхностей. «Волнение художника, наносящего краску на поверхность, и волнение мужчины, прикасающегося к женскому телу, очень сходны», — подчёркивает Бугровский. — Когда живописец делает радикальный перфоманс, допустим, остро-вызывающий, с обнажённым телом, с обливанием краской, всё равно мысли должны развиваться примерно таким образом: «Вот здесь жёлтый, значит, к нему нужно серое пятно… Ага, а вот здесь примерно должна потечь чёрная струйка». И при создании какого-либо брутального ассамбляжа из битой посуды нужно думать о том, как эти пятна работают друг с другом, как фактуры взаимодействуют с цветом, собирается ли это всё в одну живописную композицию».

Посмотреть фотоотчёт с выставки «Отпечатки» можно по ссылке.

Фотоотчёт перфаманса, прошедшего 27 января 2011 в Галерее Искусство (Липецк)

Искусствоведение

У Сергея Бугровского есть общее с художниками Возрождения и Авангарда — он не просто по-детски, не оглядываясь, творит, а размышляет и философствует. Помимо рисования он занимается искусствоведением, постоянно пишет рецензии на выставки и тексты об искусстве. Его занимает процесс формирования сгустка искусства, который он дотошно и всю жизнь изучает. Бугровский активно ездит на выставки в столицы, делает фотоотчёты, который выкладывает у себя в социальных сетях; он в мэйнстриме, следит за искусством последней волны, и его это действительно волнует. Сергей Бугровский состоит в Международной Ассоциации Искусствоведов (АИС).

Послесловие

Общество — это уже рамки, и все мы живём, в чём-то себя ограничивая. Искусство — путь к личной свободе. Невозможно самовыражаться, сдерживаясь. Каждый человек, каждая личность — это каждый раз новое искусство. Какие ещё формы мы увидим, неизвестно. Несмотря на то, что и здесь существует бессознательное и коллективное. Бугровский — художник, ищущий себя везде: и в классической живописи, и за её пределами. Путь к себе — это тоже творчество. Поэтому странно осуждать или давать резко негативные оценки чьему-то творчеству. Это всё равно что критиковать человека просто за то, что он такой. Потому что был бы он другим, и искусство его было бы другим.

Фотография 1 из 40.
Для просмотра галереи нажмите на фото.

Биографическая справка

Сергей Анатольевич Бугровский родился в Липецке в 1962 году. Учился в Липецком Политехническом Институте (ныне Липецкий Государственный Технический Университет) до 1985 года, затем закончил Пензенское художественное училище в 1990 году. Работал научным сотрудником в Липецком областном художественном музее с 2004 по 2008 год. После этого и по настоящее время стал исключительно свободным художником. Состоит в Профессиональном союзе художников (Москва) и Международной Ассоциации «Искусство народов мира» (Москва).

Основные кураторские проекты

«Коллекция брутального искусства», Международная выставка, посвящённая 300-летию Липецка и Санкт-Петербурга, арт-центр «Борей», Санкт-Петербург, 2003.

Избранные публикации

— «Коллекция брутального искусства», каталог выставки, Санкт-Петербург, 2003
— «Владимир Яковлев в Липецке», НоМИ, Санкт-Петербург, 2004
— «Три товарища», НоМИ, Санкт-Петербург, 2005
— «Блеск и нищета брутального искусства», НоМИ, Санкт-Петербург, 2005
— «Выставка Андрея Красулина в Липецке», НоМИ, Санкт-Петербург, 2007
— «Андрей Красулин», Искусство, Москва, 2007
— «Артур Фонвизин. Акварель», альбом к выставке в Липецке, 2008

Выставочная деятельность

С 1987 года участвовал в многочисленных областных, групповых, тематических выставках в России и за рубежом.

Молодёжный фестиваль искусств. Выставочный зал Союза художников (Липецк) 1994

Персональные выставки

2011 — Живописно-пластический проект «Отпечатки в винтажном интерьере», галерея Искусство (Липецк)

2009 — проект «25» совместно с Ольгой Буевой, который был представлен в разных городах:
— в июне в Липецком Центре Изобразительных искусств;
— в августе в Выставочном зале Воронежского Дома Архитектора;
— в апреле 2010 года в галерее ЭКСПО-88, г. Москва;
— в Тамбове, Санкт-Петербурге и Ярославле.

Художественная галерея имени И.И. Бецкого. 2016

2007 — «Art today» галерея «Белый квадрат» (Липецк)
«Холодная планета ню» (совместно с Ольгой Буевой) галерея «Март» ( Липецк)
«Собственная тень» Выставочный зал Союза Художников (Липецк)
2006 — «Антропометрия» (совместно с Татьяной Овчаровой) Музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме (Санкт-Петербург)
2001 — «Двое в городе» (совместно с Ольгой Буевой), галерея «Невограф» (Санкт-Петербург)
персональная выставка в галерее «Голубая гостиная» (Санкт-Петербург)
2000 — Галерея «Никор» (Москва)
1995 — Молодежный центр «Модус» совместно с Александром Волохо (Пенза)
1990 — 1999 — несколько персональных выставок (Липецка)

Выставка из коллекции Сергея и Виктора Поповых «Окно в Москву» 1998
Выставка Двое в городе, СПб, 2001
Живопись для леса. Северный лесной массив. Липецк 2014
«Как я провел этим летом» Фонтанный дом. Спб. 2016

Избранные групповые выставки

2011 — «Русская метафизика» — выставка, посвящена памяти Сергея Кускова. Государственный институт искусствознания (Москва). В 2010 году аналогичная выставка состоялась в галерее С. Арт (галерея Петра Войса), Москва
2008 — «Вивидизм» Выставочный зал Воронежского Дома Архитектора
2008 май — «Современный реализм» г. Лев Толстой, Липецкая область
2006 — июль Международная биеннале графики «БИН 2006» Центральный выставочный зал Манеж (Санкт-Петербург)
2003 — «Коллекция брутального искусства» галерея «Борей» в рамках Международного фестиваля маргинального искусства (Санкт-Петербург)
2002 — «Три серых цвета» совместно с Ольгой Буевой и Игорем Ермолаевым, Центральный дом художника (Москва)
2001 — «1-я минская международная выставка «Мастер» (Минск)
1993 — «Семеро из Липецка» Шахтинский городской музей, г. Шахты, Ростовская область
1989 — «Утиль» галерея «Рама-Арт» (Москва)
1098 — «Интерарт-89», г. Познань, Польша

Выставка Ольги Буевой, Сергея Бугровского, Игоря Ермолаева. Три серых цвета. Москва, ЦДХ. 2002

Работы находятся в следующих собраниях

Санкт-Петербург: собрания музея современного искусства Эрарта, Николая и Раисы Благодатовых, Натальи Регинской, Владимира Пешкова, Нины Костылевой, Виктора Лаврова, Аллы Третьяковой и др.

Москва: собрания Сергея и Виктора Поповых, Тамары и Ираклия Мосешвили, Николая Корнилова, Виталия Грибкова и др.

Липецк: собрания Липецкой областной картинной галереи, Липецкого областного краеведческого музея, Дмитрия Питерцева, Ирины Полозовой, Александра Назарова, Анатолия Нехорошева и др.

Воронеж: собрания галереи современного искусства Х.Л.А.М., Николая Корзона

Омск: собрание Государственного областного художественного музея «Либеров-центр»